Прованс навсегда

2 Июль 2009
Автор:  Мария Жаворонкова

Из всего, с чем обычно ассоциируется Прованс, в доме художницы и галеристки Эв Лилль имеется только терракотовая плитка. И всё-таки в его облике безошибочно угадывается щедрое южное солнце, наполняющее этот безупречный французский интерьер красками и эмоциями.



Не верьте тем, кто утверждает, будто настоящие француженки перевелись и их место заняли безликие глобалистки. Со всей ответственностью заявляем, что это не так. Эв Лилль – яркое тому подтверждение. Вот у кого стоило бы поучиться элегантности, если только вообще можно перенять врожденное чувство стиля. А теперь представьте себе, что этот потрясающий интерьер, который сейчас перед вами, – всецело дело ее рук. Причем в буквальном смысле этого слова, хотя эту утонченную женщину с безукоризненными манерами меньше всего можно вообразить на стремянке, под потолком, вооруженную шпателем или кисточкой.

		Когда под слоем старой краски я обнаружила старинные росписи, у меня было такое чувство, будто я нашла клад
В коридорах вертикальные полосы нарисованных Эв «обоев» задают ритм движения по анфиладе комнат. Для окон выбраны легкие однотонные шторы, чтобы не перегружать и без того избыточный декор

Слушая ее вдохновенную историю, ловишь себя на том, что счастье выходить из дома прямо в сад, распахивая настежь французские окна от пола до потолка; наблюдать, как солнечные лучи прочерчивают сквозную перспективу в анфиладе комнат и подмешивают лазурь в прозрачный воздух, – не дается даром. «Нам достался дом очень почтенного возраста – 1746 года постройки, – рассказывает Эв. – Говорят, в нем когда-то жила семья генерала наполеоновской армии». Она вспоминает, какое странное впечатление поначалу он произвёл на неё: «В его запустении была какая–то волнующая красота. Когда под слоем облупившейся краски я обнаружила фрагменты оригинальных росписей XVIII века, у меня было такое чувство будто я нашла клад». В этот интерьер были вложены многие месяцы кропотливого труда.

  

Солнечные лучи прочерчивают сквозную перспективу в анфиладе комнат и «зажигают» прохладные краски.   



Эв Лилль часто использует золото в декоре, справедливо полагая, что это верный способ добавить в интерьер немного роскоши. Главное – не переборщить.

Эв могла бы написать целый роман о том, как она сантиметр за сантиметром расчищала уцелевшие фрески, как разыскивала на блошиных рынках оригинальную лепнину и мебель XVIII века, просиживала дни напролет в архивах, чтобы представить себе, как могло выглядеть подобное пространство триста лет назад. И, уловив дыхание времени, провела почти год под потолком, расписывая плафоны по собственным эскизам. Однако Эв не стала превращать дом в музей: «На мой взгляд, исторические интерьеры в чистом виде выглядят слишком тяжеловесно. Любому дому не повредит капля легкомыслия». Ее испытанное средство против излишней серьезности – кисточка и краски. Не сразу догадаешься, что обои в голубую и желтую полоску, уместные скорее в парадных интерьерах эпохи ампир, искусно нарисованы, включая «латунные» трилистники.



«Мне нравится смешивать под одной крышей элементы разных стилей – от барокко до поп-арта».
В библиотеке – литографии Энди Уорхола. Оригинальная лепнина XVIII века отреставрирована Эв. Портьеры сшиты из барочной ткани, купленной на блошином рынке. Наддверное декоративное панно (десю-депорт) и росписи плафона выполнены Эв.



Внимательный взгляд наткнется на золоченые электрические выключатели – под стать барочным рамам или богатую гипсовую лепнину, выкрашенную в черный цвет. Она виртуозно играет стилями, объединяя под одной крышей антикварные ткани и провансальскую терракотовую плитку, рокайные завитки и литографии Энди Уорхола. «Давно замечено, что противоположности притягиваются. Абстрактные полотна уравновешивают витиеватую красоту барочной лепнины, а простые льняные чехлы на стульях подчеркивают сложный рисунок обоев».



Обратите внимание на необычное сочетание – роскошные обои (Pierre Frey), хрустальная люстра и... терракотовая плитка, которая прочно ассоциируется с рустикальными прованскими интерьерами. Кстати, плитка – точная реплика плитки из Папского дворца XVII века в Авиньоне.
Терракотовую плитку никак не ожидаешь увидеть в компании роскошных обоев и хрустальной люстры.

В этом интерьере нет ни одной случайной вещи, здесь все продумано до мелочей. Но при этом нет ничего искусственного, вычурного. Как будто так было всегда. Вот уже триста лет. Огромная кухня, как повсюду в Провансе. Окна в гостиной, выходящие в сад. Только картины на стенах поменялись.

текст: Мария Жаворонкова
фото: Евгения Казарновская